9 ноября на климатической конференции ООН COP31 в Анталье состоялась дискуссия о растущем спросе на критически важные минералы и его последствиях для коренных народов. Участники обсудили, как энергетический переход, развитие искусственного интеллекта и милитаризация усиливают давление на земли и территории коренных народов, а интересы национальной безопасности всё чаще становятся оправданием расширения добычи природных ресурсов.
Дискуссия «Коренные народы на пересечении трёх факторов спроса на минералы: энергетического перехода, искусственного интеллекта и милитаризации» прошла в Павильоне коренных народов. Организаторами выступили коалиция SIRGE, Международная рабочая группа по делам коренных народов (IWGIA), организация Cultural Survival и фонд Batani Foundation.
Искусственный интеллект и милитаризация усиливают спрос на сырьё
Международный контекст дискуссии представил Брайан Бискуль (Bryan Bixcul), представитель народа майя-цутухиль, директор по адвокации и партнёрствам коалиции SIRGE и один из руководителей рабочей группы по справедливому переходу Международного форума коренных народов по изменению климата (IIPFCC).
В центре его вводного доклада были изменения глобального спроса на критически важные минералы. Сегодня литий, никель, кобальт и редкоземельные элементы необходимы не только для энергетического перехода, но и для развития искусственного интеллекта, строительства центров обработки данных и производства современных вооружений.
На фоне геополитической конкуренции государства стремятся обеспечить контроль над стратегическими месторождениями и цепочками поставок, всё чаще обосновывая расширение добычи интересами национальной безопасности.
При этом новые добывающие проекты не обязательно заменяют использование ископаемого топлива, а нередко дополняют существующую сырьевую экономику, усиливая давление на земли и территории коренных народов.
Индонезия и Бразилия: последствия добычи никеля и лития
Отдельное внимание было уделено ситуации в Индонезии и Бразилии, где расширение добычи минералов для энергетического перехода создаёт новые угрозы для коренных народов.
Индонезийский контекст представила Сурти Хандаяни (Surti Handayani), представительница коренного народа осинг из Восточной Явы, юрист и сопредседатель организации PPMAN.
В центре обсуждения находились последствия добычи никеля, криминализация лидеров коренных народов и угрозы для сообществ, находящихся в добровольной изоляции и на этапе первоначального контакта с внешним миром. Также рассматривалась Джакартская декларация, посвящённая защите таких сообществ от последствий добычи минералов энергетического перехода.
Бразильский контекст представил Джалма Рамалью (Djalma Ramalho), представитель народа арана-кабокло, художник и исследователь, сотрудничающий с Cultural Survival.
Его деятельность связана с защитой прав коренных и традиционных сообществ, включая киломбола, в долине Жекитиньонья, где расширяется добыча лития. В центре внимания находились вопросы защиты территорий, сохранения традиционных знаний и противодействия хищническим формам добычи природных ресурсов.
«Глобальный зелёный переход вступил в новую, гораздо более опасную фазу»
Подводя итоги дискуссии, её модератор Родион Суляндзига, представитель IWGIA, отметил, что современный энергетический переход всё больше определяется геополитическим соперничеством и интересами национальной безопасности.
«То, что прежде рассматривалось как ответ на изменение климата, теперь всё больше определяется геополитическим соперничеством и требованиями национальной безопасности. За последние два года критически важные минералы превратились из ресурсов, необходимых для экологических преобразований, в стратегические активы», — отметил он.
По словам Суляндзиги, происходят три взаимосвязанных изменения.
Во-первых, минералы становятся ресурсами национальной безопасности. Литий, никель, кобальт и редкоземельные элементы необходимы уже не только для возобновляемой энергетики, но и для цифровой инфраструктуры и оборонной промышленности. Государства стремятся обеспечить контроль над месторождениями и цепочками поставок, всё чаще оправдывая добычу стратегическими интересами.
Во-вторых, ископаемое топливо возвращается как инструмент геополитического влияния. Нефть, газ и уголь вновь рассматриваются как ресурсы энергетической безопасности. В результате зелёный переход не заменяет существующую добывающую экономику, а дополняет её, усиливая давление на территории коренных народов.
В-третьих, права коренных народов всё чаще становятся предметом политического торга. В условиях геополитической напряжённости некоторые государства начинают рассматривать международную правозащитную деятельность коренных народов через призму национальной безопасности.
«Лидеры коренных народов, которые открыто высказываются, сталкиваются с запугиванием, слежкой и криминализацией. Международное взаимодействие больше не всегда воспринимается как обычное сотрудничество — его могут рассматривать как потенциальное вмешательство», — подчеркнул Суляндзига.
По его словам, складывается ситуация, когда участие коренных народов в международных механизмах формально остаётся законным, но становится политически небезопасным.
«Без защиты прав коренных народов у зелёной экономики нет будущего»
Завершая дискуссию, Родион Суляндзига подчеркнул, что происходящие изменения представляют собой глобальный кризис прав коренных народов.
«В мире, где всё большее значение придаётся вопросам безопасности, великие державы уже не спрашивают, как обеспечить соблюдение прав коренных народов. Вместо этого они задаются вопросом, какое присутствие коренных народов они могут допустить, не замедляя реализацию своих стратегических амбиций».
По его словам, превращение прав коренных народов из фундаментального принципа в переменный фактор, который можно учитывать или игнорировать в зависимости от стратегических интересов, подрывает саму идею справедливого энергетического перехода.
«Урок заключается не в том, что зелёная экономика провалилась, а в том, что у неё нет будущего без обязательных механизмов управления и прав, соблюдение которых можно обеспечить на практике», — заключил Родион Суляндзига.
@IR
Читайте также:
COP31 в Анталье: что нужно знать о климатическом саммите и почему он важен для коренных народов
Эмоциональное обращение старейшины народа оджибве в поддержку Дарьи Егеревой
Дарья Егерева: «В наручниках я чувствую вас так сильно, словно вы стоите за моей спиной»