Андрей Данилов
19-я сессия Экспертного механизма ООН по правам коренных народов (EMRIP), прошедшая в Женеве, стала не только площадкой для обсуждения прав коренных народов. Она показала существование двух принципиально разных подходов к пониманию того, что означает защита этих прав в современной России.
С одной стороны выступали представители государства и организаций, встроенных в официальную систему взаимодействия с государственными органами. С другой — независимые представители коренных народов России, многие из которых сегодня продолжают свою деятельность уже за пределами страны.
На первый взгляд обе стороны говорили о схожих темах: языках, культуре, искусственном интеллекте, участии коренных народов в работе ООН и устойчивом развитии. Однако за одинаковыми словами скрывались совершенно разные представления о самих правах коренных народов.
Государственный подход: права через институты
Выступления российской делегации были построены вокруг государственных механизмов. В центре внимания находились программы поддержки, социально-экономическое развитие, сохранение культуры и языков, применение искусственного интеллекта, международное сотрудничество и влияние санкций на доступ к современным технологиям.
Такая картина представляла государство как основного гаранта прав коренных народов.
Отдельное место заняла тема представительства. Неоднократно звучала мысль о необходимости опоры на признанные «зонтичные» организации и разграничения «легитимных» и «нелегитимных» представителей.
Фактически государственная модель исходит из того, что именно существующие институты должны определять, кто представляет интересы коренных народов на международной арене.
Независимый подход: права через человека и сообщество
Независимые представители говорили совершенно о другом.
В центре их выступлений находились не институты, а сами люди.
Речь шла о безопасности активистов, преследовании независимых представителей, сокращении пространства для гражданского участия, разрушении связи с традиционными землями, положении коренных народов в условиях конфликтов, правах беженцев, необходимости реального свободного, предварительного и осознанного согласия общин при освоении территорий.
Практически все выступления объединяла одна мысль: наличие государственных программ ещё не означает, что человек действительно может пользоваться своими правами.
Особое место заняла тема участия в работе Организации Объединённых Наций.
Независимые представители подчёркивали, что право говорить от имени своего народа должно определяться самим народом, а не государством. Государственная регистрация организации не является доказательством её реального мандата, так же как отсутствие регистрации не делает представителя автоматически нелегитимным.
По сути речь шла о двух различных моделях представительства.
Первая исходит из того, что легитимность подтверждается государством.
Вторая — из того, что единственным источником такого мандата является само сообщество.
Один язык — два разных понимания его сохранения
Особенно наглядно различие проявилось во время обсуждения языковых прав.
Государственные представители говорили о программах поддержки, цифровых технологиях и использовании искусственного интеллекта для сохранения языков.
Независимый представитель Вячеслав Кречетов предложил посмотреть на проблему значительно шире.
Он обратил внимание не только на необходимость реальных мер по сохранению языков, но и поднял вопрос использования традиционных топонимов в названиях промышленных компаний.
Это принципиально иной взгляд на языковые права.
Название, происходящее из языка коренного народа, является частью культурного наследия и исторической памяти. Когда промышленная компания использует такой топоним в качестве бренда без участия самого народа, язык превращается в коммерческий ресурс.
Тем самым обсуждение вышло далеко за пределы школьных программ и словарей. Был поставлен вопрос о праве коренных народов контролировать использование собственного культурного наследия.
Искусственный интеллект: развитие или права человека
Ещё одно различие проявилось в обсуждении искусственного интеллекта.
Государственная делегация уделяла основное внимание доступу к технологиям и последствиям международных ограничений для развития цифровых проектов.
Независимые представители говорили прежде всего о правах человека.
Для них главный вопрос заключался не только в том, можно ли использовать искусственный интеллект для сохранения языков, но и в том, кто контролирует данные коренных народов, как защищаются традиционные знания и могут ли современные технологии использоваться для слежки, давления или присвоения культурного наследия.
Таким образом, одна сторона обсуждала технологии, а другая — права людей при использовании этих технологий.
Беженцы как новая тема международной повестки
Впервые столь заметное место занял вопрос коренных народов, вынужденных искать убежище за пределами своей страны.
Независимые представители показали, что для представителя коренного народа вынужденный отъезд означает не только потерю дома.
Это потеря ежедневной связи с традиционной территорией, общиной, языком и культурной средой.
Даже получив международную защиту, человек может оказаться лишён возможности полноценно участвовать в жизни своего народа.
Эта проблема практически отсутствовала в выступлениях государственной стороны, но стала одной из наиболее важных тем независимых представителей.
Два понимания прав
После нескольких дней работы EMRIP стало очевидно, что речь идёт не просто о разных оценках ситуации.
На площадке ООН столкнулись две разные концепции.
Первая рассматривает права коренных народов прежде всего через государственные институты, программы и официально признанные организации.
Вторая исходит из того, что права существуют только тогда, когда сами коренные народы могут свободно ими пользоваться — выбирать представителей, защищать свои земли, сохранять язык, распоряжаться своим культурным наследием и обращаться к международным механизмам без страха преследования.
Именно в этом, на мой взгляд, заключалось главное содержание дискуссий на 19-й сессии EMRIP.
Вопрос уже не сводится к тому, существуют ли программы поддержки или приняты ли соответствующие документы.
Главный вопрос гораздо проще и одновременно сложнее: могут ли сами коренные народы свободно реализовывать свои права независимо от политической конъюнктуры?
Пока ответ на этот вопрос остаётся неоднозначным, международным механизмам предстоит не только оценивать государственные отчёты, но и продолжать внимательно слушать независимые голоса самих коренных народов.
@IR
Ссылки по теме:
Документирование как защита: на EMRIP обсудили преследование коренных народов
К 20-летию Декларации ООН призвали противодействовать репрессиям
Верховный комиссар ООН отреагировал на сообщение о преследовании лидеров коренных народов России
Спецдокладчик ООН упомянул дело Дарьи Егеревой, говоря о криминализации лидеров коренных народов
У «Сломанного стула» в Женеве призвали освободить Дарью Егереву и Наталью Леонгардт
Независимые представители коренных народов России предложили ООН усилить защиту их прав
В ООН призвали усилить защиту прав коренных народов в условиях войны
В Женеве предупредили об угрозе размывания международного статуса коренных народов
Андрей Данилов призвал EMRIP заняться проблемой коренных народов, вынужденных искать убежище
На встрече перед сессией EMRIP призвали усилить защиту правозащитников коренных народов