“Нам, как животным в зоопарке, рассчитали белки и граммы”. Коренные народы о нарушении своих прав

На Амуре и в прибрежных водах Охотского моря с 11 июня началась путина – разрешена добыча рыбы лососевых видов. Но только для промышленников. А коренные малочисленные народы региона еще почти неделю оставались на берегу – для них сроки начала ловли горбуши и кеты установлены только с 17 июня. Хотя именно за эту неделю крупные предприниматели успевают обычно “вычерпать” основную рыбу. В Советской Гавани, например, браконьеры уже начали торговать свежим уловом – горбушей, кетой и даже краснокнижной симой.

– Я купила газету сегодня и расстроилась. На целую страницу заголовок – началась путина! Только вот почему-то не написали про коренных. В этом году нам приказали ждать до 17 июня. Но ведь рыба идет в определенное время, и пока мы сидим на берегу, она и уйти может. – рассказывает Елена Коноплянко, председатель Совета уполномоченных представителей коренных малочисленных народов Советско-Гаванского района. – В прошлом году нам разрешили ловить с 20 июня, а “промка” (рыбопромышленники – С.Р.) начала уже 1 июня. В прошлом году из-за этого мы не смогли выбрать свои килограммы.

Раньше на каждого члена семьи коренных малочисленных народов было положено по 200 кг рыбы. Потом этот объем урезали до 50 кг, а сейчас вернули до 100 кг, из которых половина кеты и половина горбуши. Для многодетных семей есть некоторые льготы – дополнительные 100 кг в год. Но и этого недостаточно, чтобы запастись на весь год.

– По граммам если пересчитать, то выходит, нам раньше должно было хватать 137 граммов в день. Теперь вот увеличили норму до 274 граммов. Нам, как животным в зоопарке, рассчитали белки и граммы. А мы что, как собаки, должны рыбу с костями переработать? Еще и добыть её сами должны, а потом заплатить за коммуналку, на жизнь себе оставить, детей выучить. Эти 100 кг – никакой не традиционный образ жизни. Почему они вообще решают, сколько нам надо? – возмущается председатель общины.

Красная рыба по граммам
Красная рыба по граммам

Все началось с необходимости брать разрешение на рыбалку. По правилам, установленным Министерством природного хозяйства, общины коренных народов подают заявку на лов рыбы не позднее, чем за год до начала путины. Бюрократизация рыболовства в России поразительная. На каждого члена семьи нужно заполнить отдельную форму. Заявки рассматривают чиновники Амурского территориального управления рыболовства. Обратной связи с этим ведомством нет. До самого начала путины неизвестно, получено ли разрешение.

– Я своим всем говорю – подали заявку, месяц отсчитали – позвоните. У нас были случаи, когда или из-за ошибок, или из-за чего, не утверждали объемы рыбы. И узнавали мы об этом только накануне сезона. Были случаи, что люди оставались без рыбы, – рассказывает Елена Коноплянко. – Вот на Камчатке эта система нормально работает – можно прямо на сайте управления проверить, есть ли твоя заявка в списке утвержденных. У нас почему-то об ошибках, о том, что нужно заново подать документы, никто не предупреждает. Ну, конечно, разве станет чиновник простым орочам звонить?

Елена Коноплянко, председатель Совета уполномоченных представителей коренных малочисленных народов Советско-Гаванского района
Елена Коноплянко

Коренные жители Приамурья очень недовольны тем, что власти урезали разрешенную длину сетей. Если раньше можно было ставить 50-метровые сети, то теперь только 30 метров. Что не позволяет перекрыть ход рыбы в водоеме. Два года тому назад вышло еще одно ограничение – по глубине сетей – их разрешили ставить не глубже, чем на три метра. Орочи восстали против этого, с их точки зрения, абсурдного запрета.

– Но как тогда донную рыбу ловить, спрашивали мы? У нас на море и глубина бывает, что возле берега уже метра три-четыре. Много обращений было, собирались все, смогли отстоять. А потом – ещё одна новость – нам придумали “пропускные” дни. Мол, сегодня можно ловить, а завтра нет. Только рыбе сказать забыли, что у нее в такие вот дни “выходной”. – шутит Елена.

Перспективы их жизни печальные

Елена Коноплянко хорошо знает историю своего рода, что-то ещё в детстве запомнила из рассказов старших, более точную информацию находила потом в архивах. Самый известный её предок, Акунка Бутунгари, родился в 1870 году. Его прославил писатель Владимир Арсеньев, “русский Фенимор Купер”, описавший Акунку в повести “Жизнь и приключения в тайге”. Когда экспедиция Арсеньева в начале ХХ века исследовала Уссурийский край, именно Бутунгари, который был старейшиной орочей, спас отряд от голодной смерти.

Дело было в 1908 году, когда Арсеньев со спутниками, сплавляясь по реке Буту, потерпели крушение, потеряв лодку, оружие и припасы. Дальше они шли по тайге пешком.

Отряду приходилось питаться сырыми грибами или отбирать добычу у своих же собак. После трехнедельных скитаний силы покинули путешественников, и они буквально приготовились умирать. Кроме голода им грозили ночные заморозки – в начале сентября в приморской тайге выпадает первый снег. Именно в это время они услышали выстрелы. И вскоре встретили отряд орочей, которые шли им навстречу.

Так Акунка Бутунгари познакомился с Владимиром Арсеньевым. После этого, рассказывает Елена Коноплянко, он и дальше сопровождал исследователя в экспедициях, за что даже получил серебряную медаль от императора. К сожалению, награда давно утеряна.

Владимир Арсеньев и Акунка Бутунгари. 1920-е годы
Владимир Арсеньев и Акунка Бутунгари. 1920-е годы

Орочей из Императорской гавани (после революции переименована в Советскую Гавань  СР) Арсеньев называл своими друзьями. Писатель пользовался большим авторитетом среди коренных жителей Приамурья. Когда на Дальний Восток пришла Советская власть, орочи обратились к Арсеньеву за советом – что делать? Арсеньев предложил им организовать коллективное хозяйство. Так появился сельсовет и колхоз “Ороч”.

Но перемены традиционного образа жизни дались малому народу нелегко. Они не умели возделывать землю и не хотели отправлять детей в школы-интернаты даже под угрозой крупного штрафа. Первый заметный урожай орочи смогли получить только в конце 1930-х годах. В это время они по старинке ели таежные травы: черемша и кислица, которые спасали людей от цинги.

В одном из архивных писем Арсеньеву Елена нашла упоминания о своем предке. В 1925 году прораб Дальлеса Доброхотов называл причины обмельчания уловов.

Уважаемый гр-нин В. К. Арсеньев.
Ваше письмо на имя А. Я. Майданова от 21 мая с. г. получено орочами р. Тумнин и местности Ушка в июне месяце. Так как в настоящее время экономическое, а вернее материальное, положение орочей района в высшей степени плачевное, то оно на них произвело очень большое впечатление.
… Ваше имя стало с момента получения письма орочами символом улучшения их жизни. Вспоминают Бутунгари, Бизанка и заявляют: “Как такой человек долго живи и нас помни”.
Теперь я коснусь вопроса, почему они бедствуют. Зверь выбит, леса выгорели. Низовья рек заселены русскими поселенцами, занимающимися рыбной ловлей, так что рыба к ним наверх почти не приходит и им не удается наловить себе на юколу. В этом году вообще в р. Тумнин рыбы не было.
Перспективы их жизни печальные. Выхода почти нет.

Истребили точно не коренные

В семье Елены Коноплянко двое дочерей, одна из которых – Ольга – уже заканчивает медицинский университет. В этом году по инициативе дочери они поучаствовали в краевом конкурсе “Семья года” и стали победителями в номинации “Семья – хранитель традиций”. Вот только хранить традиции в наше время становится все сложнее.

Мать Елены с внучкой
Мать Елены с внучкой

– Наши предки жили в гармонии с природой, и нас учили никогда не брать у природы ничего лишнего. Когда я была молодая, мы так же выходили на море, ставили стойбище на берегу. Никаких объемов мы не считали – заготавливали, сколько нужно на семью и все. Потом власти начали вмешиваться, рыбы стало меньше. И специфика традиционного образа жизни ушла. После того, как мы приняли участие в конкурсе, про нас журналисты написали – какая мы замечательная семья. А я вот спрашиваю – почему потомкам Бутунгари не дают право на традиционный образ жизни? – говорит Елена Коноплянко.

Добывать рыбу с каждым годом становится все труднее. Власти придумывают всё новые ограничения, объясняя это борьбой с браконьерами и псевдо-аборигенами, которые создают “лжеКМНС”. Этой весной министр сельского хозяйства Хабаровского края Александр Шкурин заявил, что “во время обработки заявок на вылов биоресурсов от населения выявлено, что многие в них указывают национальности, являющиеся коренными для Хабаровского края, а также образуют общины КМНС. На самом деле эти люди нанайцами, орочами, эвенками не являются”.

– Когда начали требовать заявки на каждый вид рыбы и на каждого члена семьи, власти заявили – коренных слишком много стало! – возражает министру Елена Коноплянко. – Но они же не людей считали, а заявки. Я что-то не заметила, чтобы количество орочей за 50 тысяч человек перевалило – нас всего 400 осталось может быть. А у промышленников есть деньги, связи. И они, мне кажется, специально общественное мнение против коренных настраивают – мол, коренные все выловили. Но ведь раньше и аборигенов было больше, и ограничений не было, а рыба была. Я помню еще, лет 10 назад было, по 20 “ставняков” на море. А сейчас ими и не выловишь ничего, зря только ставить. Не коренные лососей истребили точно. А сейчас мы вообще сидим и рыбу не ловим. Зато как посмотришь – того чиновника за взятку уволили, другого. В своем глазу они бревна не видят, похоже.

Веры уже нет

К чиновникам коренные народы обращаются каждый год. Вот и сейчас, после того как Елена Коноплянко узнала о сроках начала путины для коренных, она направила обращения в прокуратуру и губернатору края. Ответа так и не получила, а время уходит.

– Меня спросили недавно – пойдете голосовать за поправки в Конституцию? А зачем, я думаю – шило на мыло менять? Так и с местными властями: голосовали за нынешнего губернатора, потому что надежда была. А чем дальше, тем яснее – шило на мыло. Губернатор, что этот, что прошлый, с нами не встречается. Предыдущий забегал на совет коренных как-то, минут на 10. Мы думали, что-то поменяется, но нет. Вот сейчас я направила письмо. Мне говорят – срок рассмотрения 30 дней. Но я говорю – можно ведь и за три дня ответить, месяц – это максимальный срок. Но нет, наши точно будут до последнего ждать. А там еще ответ почтой пока дойдет до нашей деревни – еще недели две пройдет.Мне в этом году заявку отозвали, потому что я не написала характеристики орудия лова при собирательном способе добычи. Ну, какое орудие лова – рука?

Когда в прошлом году путина для коренных началась на 20 дней позже, чем у “промки”, жители писали обращения с просьбой сдвинуть срок путины. Но чиновники в короткие сроки решить этот вопрос не смогли – рыба ушла. Потом аборигены просили, раз ловлю горбуши они уже пропустили, заменить им объем горбуши на кету. Но и тут они наткнулись на громоздкую бюрократическую машину, которая даёт туманные ответы на простые жизненно важные вопросы.

– Вот в этом году всех коренных лишили краба – ни один коренной не может выловить краба на побережье Охотского моря! Сначала пытались его по граммам рассчитывать – а какие граммы, через одну клешню его ловить что ли? Потом решили – ладно, пусть будет заявочный объем. Мы и написали, сколько нам надо. Но тут “промка” возмутилась – как это коренные запросили краба килограммами! И все, заработала чиновничья машина. Мне в этом году заявку отозвали, потому что я не написала характеристики орудия лова при собирательном способе добычи. Ну, какое орудие лова – рука? На следующий год длину руки напишу, пять пальцев. А как еще?

Бывает, что проявляется, как выразилась Елена Николаевна, и мелкожульническое поведение. Тот самый увеличенный на 100 кг объем вылова для многодетных достается далеко не всем. Некоторые заявки, если люди ошиблись и написали всего 50 кг на многодетную семью, так и остались с этим объемом. Получилось, что часть детей лишилась горбуши, а часть – кеты.

– С нами все время лукавят, а иногда нагло врут и обманывают. Иногда бывает, что отказали орочке, мол, не национал она. Со мной такое было один год, точнее с моей мамой. Ни ко мне, ни к моему брату, ни к моим детям претензий не было. А вот с моей мамой засомневались. Мы год тогда доказывали, что она по национальности – орочка! Объемы, кстати, не выбранные за тот год, так и не вернули. И все время приходится что-то читать, писать, доказывать. А выступить, конечно, не все могут. Да и не сутяжные мы, судиться – не наше. Многие коренные так и остались коренными – наивными во многом. И власти этим пользуются.

Источник: Сибирь. Реалии

Leave a Reply

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.