Летом 2026 года на сайте правительства Мурманской области появилось, на первый взгляд, вполне обычное сообщение. Государственное учреждение с длинным названием — «Мурманский областной центр коренных малочисленных народов Севера и межнационального сотрудничества» — было переименовано в Мурманский областной Дом дружбы народов.
Можно было бы решить, что речь идет просто о новой вывеске. Тем более что учреждение осталось на прежнем месте, сохранило юридическое лицо, сотрудников и продолжает заниматься в том числе саамской культурой.
Но если посмотреть на историю государственной политики в отношении саами хотя бы за последние тридцать лет, это переименование начинает выглядеть совсем иначе. Оно хорошо показывает, как постепенно менялось само отношение власти к коренным народам.
В начале 1990-х речь шла прежде всего о правах, земле, природопользовании, социальном положении и участии коренных народов в принятии решений. Сегодня на первом месте — национальная политика, межнациональное согласие, фестивали, культурные мероприятия, национальные костюмы и «единство народов России».
Никто официально не объявлял, что права саами отменены. Они продолжают существовать в федеральных и региональных законах. Но государственные структуры, которые должны были заниматься именно этими правами, год за годом становились все менее самостоятельными. Именно в этом заключается главное изменение.
В 1990-е существовал отдельный государственный орган по делам коренных народов
После распада СССР Мурманская область пошла по пути создания специального органа власти по вопросам коренного населения.
В январе 1992 года был создан Комитет по делам малочисленных народов Севера, вскоре получивший название Комитет по делам коренных народов Севера администрации Мурманской области. Позднее структура несколько раз реорганизовывалась, но к концу 1990-х вновь существовал самостоятельный Комитет по проблемам коренных малочисленных народов Севера.
Особенно интересен документ 2000 года — Положение об этом Комитете. В нем прямо записано, что Комитет является органом исполнительной власти Мурманской области и действует в целях реализации политики губернатора в сфере «соблюдения законных прав и интересов коренных малочисленных народов Севера».
Фраза «защита прав и интересов» здесь принципиальна. Комитет занимался не только саамским языком или культурными праздниками. В его обязанности входили вопросы социально-экономического положения коренных народов, оленеводства, традиционного хозяйства, природопользования, охраны окружающей среды, подготовки законодательства, использования бюджетных средств и международного сотрудничества.
Он мог участвовать в подготовке решений правительства области и обращаться непосредственно к губернатору. Иными словами, речь шла о проблемах, которые действительно определяют положение коренного народа: кто пользуется землей, как принимаются решения о традиционных территориях, какие гарантии существуют для оленеводов, каким образом защищаются интересы саами при разработке государственных программ.
Культура была частью этой работы, но далеко не единственной и, пожалуй, даже не главной.
Первый серьезный перелом произошел в 2002 году
В апреле 2002 года специальный Комитет по проблемам КМНС прекратил самостоятельное существование. Его функции были включены в более крупную административную структуру — Департамент законопроектной деятельности и местного самоуправления.
Само по себе объединение ведомств еще ничего не доказывает. Власти постоянно меняют структуру администрации, объединяют комитеты, сокращают аппарат.
Но важен результат. После этой реформы в правительстве области больше не было самостоятельного органа исполнительной власти, единственной задачей которого являлись вопросы коренных малочисленных народов. Это был первый большой шаг назад по сравнению с системой 1990-х.
Центр КМНС сохранил многие функции, но это был уже другой уровень
В 2004 году власти создали Мурманский областной центр коренных малочисленных народов Севера.
На первых порах его задачи оставались довольно широкими. Он занимался положением коренного населения, традиционным природопользованием, занятостью, образованием, взаимодействием саамских организаций с властью. При Центре работал Координационный совет.
Но между Комитетом 1990-х и Центром 2000-х есть существенная разница, которую легко не заметить. Комитет был частью самой системы исполнительной власти. Центр стал государственным учреждением, подчиненным органу власти.
Это уже другое место в государственной машине. Раньше специализированная структура могла участвовать в формировании политики. Теперь основная задача учреждения состояла в том, чтобы выполнять уже принятую политику, проводить программы, мероприятия, оказывать организационную помощь.
Права КМНС при этом никуда не исчезли. Но государственный механизм, который ими занимался, стал слабее.
Потом к коренным народам добавили «межнациональное сотрудничество»
Следующий важный момент произошел в 2020 году. Учреждение получило новое название — Мурманский областной центр коренных малочисленных народов Севера и межнационального сотрудничества.
На первый взгляд ничего тревожного в этом нет. Мурманская область многонациональна, межнациональное сотрудничество необходимо.
Проблема в другом: вопросы коренных народов стали все чаще рассматриваться в одном административном ряду с национально-культурными автономиями, общественными организациями, молодежной политикой и профилактикой межнациональных конфликтов.
Но статус коренного народа отличается от статуса обычной этнической общины.
У саами существуют вопросы, которых нет у большинства национально-культурных объединений Мурманской области. Это традиционные территории, природные ресурсы, оленеводство, рыболовство, доступ к земле, последствия промышленного освоения, сохранение исконной среды обитания.
Армянская, татарская, азербайджанская или украинская культурная организация может совершенно справедливо требовать возможности сохранять язык и традиции. У коренного народа к этому добавляется другое: право участвовать в решениях относительно земли и ресурсов, с которыми исторически связан сам образ жизни народа.
Когда эти совершенно разные вопросы помещают в одну административную корзину, особый статус коренного народа начинает теряться.
В 2026 году слово «коренные» исчезло даже из названия
15 июня 2026 года Правительство Мурманской области приняло постановление № 360-ПП, а несколько дней спустя Министерство внутренней политики оформило переименование Центра. Он стал Мурманским областным Домом дружбы народов.
Это не новая организация. В новом Уставе прямо сказано, что Дом дружбы — прежний Центр КМНС, получивший новое название.
Интереснее посмотреть, чем теперь должно заниматься учреждение. В Уставе на первом плане стоят государственная национальная политика, «укрепление единства российской нации», сохранение культур народов России, межнациональное и межконфессиональное согласие, поддержка национально-культурных объединений, русский язык, адаптация иностранных граждан, профилактика межэтнических конфликтов и культурно-просветительские мероприятия.
Работа с коренными народами там осталась. Это важно отметить, чтобы не искажать факты. Дом дружбы по-прежнему должен содействовать сохранению культуры КМНС и их взаимодействию с государственными органами.
Но раньше все учреждение носило имя коренных малочисленных народов Севера. Теперь они стали только одним из направлений работы большого учреждения, которое занимается практически всей национальной политикой региона.
Вот это и есть суть произошедшего. Никакого закона о «ликвидации прав саами» не принимали. Просто специальный институт постепенно растворился в общей системе.
Очень удобно поддерживать культуру. Гораздо сложнее говорить о земле
Российские власти продолжают финансировать мероприятия саами, фестивали, языковые проекты, мастер-классы, национальные праздники. И это само по себе необходимо.
Проблема возникает, когда культурная политика начинает заменять политику защиты прав.
Для чиновника куда проще выделить деньги на концерт или фестиваль, чем обсуждать, например, доступ общины к традиционной территории. Гораздо проще сфотографироваться рядом с людьми в национальной одежде, чем спорить с промышленной компанией о том, каким образом ее проект скажется на пастбищах, рыболовстве или охоте.
Можно ежегодно отмечать Международный день коренных народов и при этом постепенно сокращать возможности этих же народов влиять на реальные решения.
Именно поэтому выражение «танцы и пляски вместо прав», каким бы резким оно ни казалось, довольно точно описывает опасность такой политики.
Проблема не в танцах. Проблема появляется тогда, когда после танцев коренному народу предлагают разойтись по домам, а вопросы земли, ресурсов и промышленного освоения территории государство решает уже без него.
Похожая история происходила с представительством самих саами
Изменения шли не только внутри правительства.
В конце 2000-х российские саами попытались создать собственную систему представительства. На Первом съезде саами Мурманской области в 2008 году делегаты были избраны самим саамским населением. Затем появился Совет уполномоченных представителей, а после Второго съезда в 2010 году — Саамский парламент Кольского полуострова.
Смысл был понятным: саами сами выбирают людей, которые говорят от их имени.
Региональное правительство этот орган официальным представителем саами не признало. При этом еще в феврале 2009 года само Правительство Мурманской области создало Совет представителей коренных малочисленных народов Севера при Правительстве области.
Создание такого Совета российским законодательством разрешено. Вопрос не в законности его существования. Вопрос в другом: представитель коренного народа должен быть человеком, которого выбрали сами люди, или человеком, работающим в структуре, окончательный состав которой утверждает правительство?
На практике эти две модели начали конкурировать.
В 2014 году спор о представительстве вышел наружу
Особенно острым стал III Съезд саами 2014 года.
Саамский парламент готовил Съезд и процедуру избрания делегатов. Однако затем появилась другая рабочая группа, в которой участвовали представители региональных властей. Менялась процедура формирования Съезда, возник спор о том, кто имеет право определять делегатов и повестку.
Международная организация IWGIA оценивала действия региональных властей значительно жестче и говорила о серьезном государственном вмешательстве в проведение Съезда и попытке оттеснить независимый Саамский парламент.
Это оценка IWGIA, а не судебное решение, и это различие необходимо сохранять. Но сам конфликт хорошо показывает, насколько принципиальным был вопрос.
Спорили не о том, какую песню исполнить на празднике. Спорили о том, кто имеет право говорить от имени народа.
Самостоятельное представительство постепенно исчезло
В последующие годы официальное взаимодействие властей с саами все больше строилось через организации и консультативные органы, встроенные в региональную государственную систему.
В 2022 году на V Съезде было решено упразднить существовавшее тогда Саамское собрание «Самь Соббар». Одной из главных задач было названо развитие конструктивного взаимодействия с органами государственной власти.
Постепенно исчезла сама идея отдельного общесаамского органа, который получал бы свой мандат непосредственно от народа и мог занимать позицию, не совпадающую с позицией властей.
В результате сегодня представительство саами в основном осуществляется через общественные организации, общины и Совет при Правительстве Мурманской области.
Это не означает, что все люди, работающие в этих структурах, зависимы или не представляют интересы саами. Такое утверждение было бы несправедливым и ничем не подтвержденным.
Проблема именно в системе: собственный институт народа и консультативный орган при государстве — это не одно и то же.
Отдельного запрета не было. Процесс шел постепенно
В этом, пожалуй, главная особенность всей истории.
Никто однажды не закрыл специальное заседание правительства и не объявил: «С сегодняшнего дня саами лишаются особых прав».
Все происходило гораздо тише. Сначала исчез отдельный Комитет по делам КМНС. Его функции передали более крупному ведомству. Потом появился специальный Центр, но уже как бюджетное учреждение. Через несколько лет к его названию добавили межнациональное сотрудничество. А в 2026 году и слова «коренные малочисленные народы Севера» исчезли из названия совсем.
Теперь это Дом дружбы народов.
Каждый отдельный шаг можно объяснить административной необходимостью. Но если поставить эти решения рядом, получается довольно ясная картина.
Тридцать лет назад государственная структура говорила о защите прав и интересов коренных народов. Сегодня государственная структура говорит об единстве российской нации, межнациональном согласии и культурном многообразии.
Это совсем не одно и то же.
Почему это важно
Саами — не просто одна из национальностей Мурманской области. Они являются коренным народом Кольского полуострова.
Поэтому их отношения с государством невозможно свести к сохранению языка, национальной одежде, кухне и праздничным концертам.
У коренного народа должен оставаться реальный голос в вопросах земли, природных ресурсов, традиционного хозяйства и развития территории.
Если этот голос исчезает, но одновременно становится больше фестивалей и культурных мероприятий, получается странная ситуация: народ становится очень заметен на сцене и почти незаметен там, где принимаются решения.
Возможно, именно это лучше всего описывает произошедшие за последние десятилетия изменения в Мурманской области.
Саамская культура государству по-прежнему нужна. Вопрос в том, насколько ему нужны саами как народ, обладающий собственными правами и способный самостоятельно говорить от своего имени.
Переименование Центра КМНС в Дом дружбы народов в 2026 году поэтому важно не как новая табличка на двери. Оно стало символом процесса, который продолжался много лет.
От отдельного государственного органа, занимавшегося правами коренных народов, Мурманская область пришла к Дому дружбы, где саами находятся рядом с десятками других направлений государственной национальной политики.
Песни, язык, ремесла и праздники нужны. Но они не заменяют землю, права и возможность участвовать в решениях.
Иначе однажды от коренного народа действительно может остаться красивый костюм на сцене — и очень мало влияния за ее пределами.
Андрей Данилов, саами
Источники и ссылки
1. Положение о Комитете по проблемам КМНС Мурманской области, постановление № 10-ПП от 28.02.2000
http://murmansk-gov.ru/doc/45819
2. Реформа органов исполнительной власти Мурманской области 2002 года, постановление губернатора № 94-ПГ
https://base.garant.ru/16943288/
3. Официальная страница бывшего Мурманского областного центра КМНС и межнационального сотрудничества
https://mvpmk.gov-murman.ru/about/departments/sever/info/
4. Официальное описание проекта «Дом дружбы» Министерства внутренней политики Мурманской области
https://mvpmk.gov-murman.ru/activities/national_policy/house/info/
5. Официальная страница Мурманского областного Дома дружбы народов
https://gov-murman.ru/region/saami/mcns/
6. Совет представителей КМНС при Правительстве Мурманской области
https://mvpmk.gov-murman.ru/about/departments/sever/sovet/
7. Материал о конфликте вокруг Саамского парламента и подготовке III Съезда
https://ru.thebarentsobserver.com/saamskij-parlament-kolskogo-poluostrova-borba-za-pravo-na-samoopredelenie/324607
8. IWGIA о III Съезде саами 2014 года и давлении на Саамский парламент
https://iwgia.org/en/sapmi/2169-russia-kola-saami-congress-held-amidst-massive-sta.html
9. Материал об итогах V Съезда и упразднении «Самь Соббар»
https://kmns.ru/blog/2022/11/29/в-мурманске-распущено-саамское-собра/
10. Официальные материалы о V Съезде саами 2022 года
https://gov-murman.ru/region/saami/saami_sam_soobar/activities/469614/
Дополнительный источник: Устав государственного областного бюджетного учреждения «Мурманский областной Дом дружбы народов», утвержденный Министерством внутренней политики Мурманской области в 2026 году (документ предоставлен автором).